ФЗ № 641656-7

О внесении изменения в статью 138-1 Уголовного кодекса Российской Федерации

в части уточнения понятия «специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации»

Внесён: 8 февраля 2019
Последнее событие: Рассмотрение закона в Совете Федерации, 19 июля 2019
Последнее решение: направлен в комитеты (комиссии); соисполнителями назначены
Инициаторы:

Стенограммы по законопроекту №641656-7

Заседание №204

10.04.2019

О проекте федерального закона № 641656-7 "О внесении изменения в статью 138-1 Уголовного кодекса Российской Федерации" (в части определения понятия "специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации").

8-й и 9-й вопросы мы рассматриваем одновременно, с одним докладом и одним

содокладом. 8-й вопрос, проект федерального закона "О внесении изменения в

статью 138-1 Уголовного кодекса Российской Федерации", и 9-й вопрос, проект

федерального закона "О внесении изменения в статью 20.23 Кодекса Российской

Федерации об административных правонарушениях". Докладывает официальный

представитель Правительства Российской Федерации статс-секретарь -

заместитель директора Федеральной службы безопасности Российской Федерации

Александр Николаевич Купряжкин.


Пожалуйста, Александр Николаевич.


КУПРЯЖКИН А. Н., официальный представитель Правительства Российской

Федерации, статс-секретарь - заместитель директора Федеральной службы

безопасности Российской Федерации.


Уважаемый Иван Иванович, уважаемые депутаты Государственной Думы! Проекты

федеральных законов "О внесении изменения в статью 138-1 Уголовного кодекса

Российской Федерации" и "О внесении изменения в статью 20.23 Кодекса

Российской Федерации об административных правонарушениях" разработаны во

исполнение поручений Правительства Российской Федерации. Предлагается

установить единое значение термина "специальные технические средства,

предназначенные для негласного получения информации".


Данный термин используется в различных нормативных правовых актах, касающихся

вопросов оборота таких специальных технических средств. Вместе с тем в

законодательстве Российской Федерации значение термина не раскрывается, что

приводит к сложностям в его толковании и вызывает трудности в

правоприменительной практике. Указанные законопроекты позволят решить эту

проблему. Значение данного термина предлагается раскрыть в примечании к

статье 138-1 Уголовного кодекса, предусматривающей ответственность за

незаконный оборот СТС. В статью 20.23 КоАП, которая устанавливает

ответственность за нарушение правил производства, хранения, продажи и

приобретения СТС, вносятся корреспондирующие изменения, согласно которым под

СТС будут пониматься средства, указанные в примечании к статье 138-1

Уголовного кодекса. Предлагаемое значение данного термина является

исчерпывающим и позволит дифференцировать СТС от иных предметов и устройств,

которые по своим техническим характеристикам рассчитаны на бытовое

использование, если только им намеренно не приданы нужные качества и

свойства, например путём специальной технической доработки, программирования,

именно в целях неочевидного, скрытого их применения. Такой подход полностью

соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации,

высказанной по данному вопросу.


На законопроект имеются заключение Государственно-правового управления

Президента Российской Федерации, а также официальный отзыв Верховного Суда

Российской Федерации. Для реализации законопроекта не потребуется выделения

дополнительных средств из федерального бюджета.


Прошу поддержать.


Доклад закончен.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо, Александр Николаевич. Присаживайтесь.


С содокладом выступает Отари Ионович Аршба от Комитета по государственному

строительству и законодательству.


АРШБА О. И., председатель Комиссии Государственной Думы по вопросам контроля

за достоверностью сведений о доходах об имуществе и обязательствах

имущественного характера, представляемых депутатами Государственной Думы,

мандатным вопросам и вопросам депутатской этики, фракция "ЕДИНАЯ РОССИЯ".


Уважаемый Иван Иванович, уважаемые коллеги! Мы подробно рассмотрели этот

законопроект на заседании комитета. Были вопросы, замечания, но наши коллеги

из правительства, Александр Николаевич Купряжкин сняли эти вопросы. Я могу

отметить, что доклад был исчерпывающий, хочу только обратить внимание, что

речь идёт об упорядочении. Суть простая: этот термин, "специальные

технические средства..." - коротко говоря, СТС, - используется и в УК, и в

УПК, и в федеральных законах "Об оперативно-розыскной деятельности", "О

федеральной службе безопасности", "О полиции", и в постановлениях

правительства, касающихся вопросов лицензирования и оборота этих средств. В

связи с этим можно сказать, что дефиниция базируется на решении

Конституционного Суда, она делает понятным этот термин, она весьма и весьма

кстати и позволит упорядочить оборот специальных технических средств.


Мы на заседании комитета концептуально поддержали этот законопроект, при этом

сохранив за собой право ко второму чтению доработать понятия, которые

используются в концепции, такие как "специальный инструмент" и "программное

обеспечение". По мнению Верховного Суда и по мнению специалистов комитета,

эти понятия нуждаются в правовом толковании.


В целом мы поддерживаем концептуально этот законопроект и просим коллег его

поддержать.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо, Отари Ионович.


Вопросы есть? Есть.


Включите режим записи на вопросы.


Покажите список.


Много вопросов.


Выборный Анатолий Борисович, пожалуйста.


ВЫБОРНЫЙ А. Б., фракция "ЕДИНАЯ РОССИЯ".


Благодарю. У меня вопрос к докладчику.


Уважаемый Александр Николаевич, согласно проекту федерального закона к числу

специальных технических средств предлагается отнести специальный инструмент и

программное обеспечение. Скажите, пожалуйста, применительно к уголовному

законодательству что в проектируемых нормах понимается под этими терминами -

"специальный инструмент" и "программное обеспечение"?


И ещё один вопрос: учтена ли судебная практика на этот счёт по делам данной

категории и как, например, лицу, которое не обладает специальными познаниями,

с учётом предлагаемой терминологии понять, где специальные технические

средства, которые предназначены для негласного получения информации, а где

те, которые разрешены к легальному обороту? Приведите, пожалуйста, пример для

общего понимания.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Пожалуйста, Александр Николаевич.


КУПРЯЖКИН А. Н. Ну, для общего понимания, наверное, будет наиболее наглядным

такой пример. Допустим, есть авторучка, которая является бытовым прибором, вы

купили эту авторучку, но при этом она снабжена устройством для

видеонаблюдения. Вот если эта авторучка будет использована для видеозаписи

как бытовой прибор, то она специальным техническим средством являться не

будет, ответственность будет наступать только в том случае, если будет

собираться информация, тут будет действовать уже статья 137 УК "Нарушение

неприкосновенности частной жизни".


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо.


Швыткин Юрий Николаевич.


ШВЫТКИН Ю. Н., фракция "ЕДИНАЯ РОССИЯ".


Александр Николаевич, у меня вопрос такой. Отари Ионович уже отметил,

насколько я понял, что данные законопроекты носят в большей степени

технический характер, то есть мы объединяем ряд законодательных актов в одно

целое. На ваш взгляд, есть ли какие-либо ещё содержательные части (если они

вообще есть) и есть ли ещё препятствия для упорядочения работы, так сказать,

оперативных и следственных подразделений по данному вопросу, по СТС?


КУПРЯЖКИН А. Н. Здесь препятствий никаких нет, и главное, что решается этим

законопроектом: мы устанавливаем единое значение термина "специальное

техническое средство". Специальное техническое средство свободного оборота не

имеет и никогда не может быть бытовым прибором, так же как и бытовой прибор

никогда не может быть специальным техническим средством, если только он

умышленно не наделён свойствами и качествами для скрытого получения

информации.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо.


Тетерин Иван Михайлович.


ТЕТЕРИН И. М., фракция "ЕДИНАЯ РОССИЯ".


Вопросы Александру Николаевичу в продолжение вопроса Выборного.


Есть бытовые приборы, которые относятся к специальным техническим средствам,

или их нет? И предусматривается ли система их идентификации или кодификации

на предмет дальнейшего использования для получения информации, это

предусмотрено или нет?


КУПРЯЖКИН А. Н. Нет. Перечня специальных технических средств нет, его и быть

не может в силу специфики применения, в силу того, что они не имеют

идентификационных признаков и не имеют общепринятых наименований. Вот поэтому

и не существует перечня специальных технических средств, а в ряде случаев, в

подавляющем большинстве случаев эта информация в принципе носит закрытый

характер.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо.


Нилов Ярослав Евгеньевич.


НИЛОВ Я. Е., председатель Комитета Государственной Думы по труду, социальной

политике и делам ветеранов, фракция ЛДПР.


Уважаемый Александр Николаевич, подобный вопрос уже в комитете обсуждался, но

во избежание ненужных вольных интерпретаций, которые можно наблюдать,

особенно в сети Интернет, просил бы вас ответить на следующий вопрос. Вот

возьмём айфон, он обладает функциями фотофиксации, видеофиксации, фиксации

звука. Может ли использование этого гаджета, например, журналистами или

частными лицами без предупреждения собеседника - когда ведётся видео- или

аудиозапись - образовать состав правонарушения или преступления? Это первое.


И второе. Вот пользователь попользовался, этот гаджет стал ему не нужен, и

человек решил его продать. В этом случае может ли его действие подпадать

опять же под статьи Уголовного кодекса?


КУПРЯЖКИН А. Н. Телефон, гаджет являются устройствами, приборами бытового

назначения, поэтому, естественно, здесь статья 138 УК действовать не будет,

но это будет подпадать под действие статьи 137 УК "Нарушение

неприкосновенности частной жизни" с вытекающими отсюда последствиями.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо.


Альшевских Андрей Геннадьевич.


АЛЬШЕВСКИХ А. Г., фракция "ЕДИНАЯ РОССИЯ".


Александр Николаевич, вы упоминаете программное обеспечение в числе

специальных технических средств - как следует из законопроекта, оно

обеспечивает скрытое получение информации, без ведома обладателя. У меня

чисто обывательский вопрос: такие формулировки безобидные, а, предположим, те

же самые программы для компьютера будут подпадать под эти формулировки, их

можно назвать специальными техническими средствами?


КУПРЯЖКИН А. Н. Нет. Специальными техническими средствами назвать их будет

нельзя. Но если они будут использоваться для скрытого сбора информации, то,

естественно, здесь уже будет состав.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо.


Торощин Игорь Андреевич.


ТОРОЩИН И. А., фракция ЛДПР.


У меня вопрос к докладчику.


Уважаемый Александр Николаевич, считаете ли вы предлагаемое определение СТС

(специального технического средства) вообще корректным? На мой взгляд,

формулировка "независимо от их внешнего вида, технических характеристик, а

также принципов работы" может вызвать в принципе затруднения в

правоприменительной практике.


КУПРЯЖКИН А. Н. Нет, специальное техническое средство не является предметом

свободного оборота, поэтому я думаю, что такое определение не вызовет никакой

отрицательной реакции.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо.


Гартунг Валерий Карлович.


ГАРТУНГ В. К., фракция "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ".


Уважаемый Александр Николаевич, вы ссылаетесь на то, что внесение изменений

связано с решением Конституционного Суда, - я внимательно его прочитал, и как

раз в решении Конституционного Суда сказано, что в законодательстве должны

быть чётко отделены специальные технические средств от средств для бытового

применения. Вот широкую известность получил случай, когда гражданин, фермер,

завёз средство, которое использовал для наблюдения за своими коровами, и его

привлекли к ответственности. Скажите, формулировка, которую вы сейчас

предлагаете, разрешит такого рода ситуации или нет?


КУПРЯЖКИН А. Н. Фермер в такой ситуации будет невиновен.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо.


Савельев Дмитрий Иванович.


САВЕЛЬЕВ Д. И., фракция ЛДПР.


Уважаемый Александр Николаевич, ну, прежде всего спасибо большое за данный

законопроект, и мы, как депутаты, законодатели, должны в таких вопросах,

конечно же, опираться на мнение ФСБ.


Вот мой вопрос, точнее, предложение. Согласно статистике в 2016 году суды

рассмотрели более 200 дел по такому поводу, и практика показала, что,

естественно, перед судебным процессом проводится экспертиза, так вот разные

экспертные организации, разные эксперты трактуют по-разному, дают полярную

оценку, оценивая подобного рода устройства. Большая просьба к Федеральной

службе безопасности, может быть, плотнее работать с экспертным сообществом,

чтобы не было разночтений. Хотя, конечно же, повторю ещё раз, мы во всём

должны в таких случаях опираться на мнение ФСБ.


КУПРЯЖКИН А. Н. Дмитрий Иванович, ваше замечание будет учтено.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо.


Боева Наталья Дмитриевна.


БОЕВА Н. Д., фракция "ЕДИНАЯ РОССИЯ".


Александр Николаевич, у меня такой вопрос. Поскольку не разъяснено, какие

специальные технические средства имеются в виду, скажите, пожалуйста,

требуется ли какое-то дополнительное разрешение на использование

видеосистемы, которую предприятие применяет для охраны и контроля за

технологическим процессом?


КУПРЯЖКИН А. Н. Нет, дополнительных разрешений никаких не требуется.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо.


Синельщиков Юрий Петрович.


СИНЕЛЬЩИКОВ Ю. П., фракция КПРФ.


Александр Николаевич, ну вот, к сожалению, на два вопроса вы не ответили.

Речь идёт о понятиях "специальный инструмент" и "программное обеспечение".

После заседания комитета, на котором я присутствовал, я обратился к

специалистам - они полагают, что эти термины здесь остаются весьма

неопределёнными. Не могли бы вы нам поточнее сформулировать, что такое

"специальный инструмент" и "программное обеспечение"?


КУПРЯЖКИН А. Н. Ну, наверное, так сразу я не могу вам объяснить.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Мне кажется, Отари Ионович в своём выступлении сказал,

что это требует уточнения ко второму чтению.


Я правильно понял, Отари Ионович? Правильно.


Спасибо, Александр Николаевич.


Коллеги, будут ли желающие выступить? Есть.


Включите режим записи на выступления.


Покажите список.


Гартунг Валерий Карлович. От фракции двое выступающих, два депутата

записались. А, у вас короткое выступление, понятно.


Три минуты Валерию Карловичу поставьте.


ИЗ ЗАЛА. (Не слышно.)


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. От фракции?


Прошу прощения, наоборот, Валерий Карлович от фракции выступает - семь минут.


ГАРТУНГ В. К. Спасибо. Уважаемый Иван Иванович, уважаемые коллеги! Я

внимательно прочитал постановление Конституционного Суда, на которое

ссылаются авторы законопроекта, и, честно говоря, не увидел в тексте

законопроекта решения проблемы, на которую указал Конституционный Суд. Я

сравнил действующие нормы КоАП и УК, поместил туда вот это изменение и решил

проверить: становится как бы более определённой ситуация или нет, то есть

снимается поставленный Конституционным Судом вопрос или нет. Я пришёл к

выводу, что не снимается. Я подумал: ну, мало ли, это моё субъективное мнение

- и решил спросить авторов. Вы сказали, что вроде как снимается, но потом я

открыл заключение Верховного Суда, и оказалось, что Верховный Суд на то же

самое обратил внимание: на самом деле правовой определённости это не

добавляет, по большому счёту это изменение только формально во исполнение

решения Конституционного Суда, а по сути оно ничего не меняет.


Вот сейчас коллеги задавали вам вопросы: считать ли специальными техническими

средствами программы, какие-то другие инструменты, как отличить приборы для

бытового применения от специальных технических средств? Вот эта формулировка

ничего не меняет, я могу её зачитать. Вы потом, может быть, ещё поясните это

как-то, но на вопросы наших коллег вы не ответили. Вот я зачитаю эту

формулировку: "Под специальными техническими средствами, предназначенными для

негласного получения информации в настоящем Кодексе понимаются приборы,

системы, комплексы, устройства, специальный инструмент и программное

обеспечение... для электронных вычислительных машин и других электронных

устройств независимо от их внешнего вида, технических характеристик, а также

принципов работы, которым намеренно приданы качества и свойства для

обеспечения функции скрытого (тайного, неочевидного) получения информации

либо доступа к ней (без ведома её обладателя)". Вот я обладатель электронного

устройства: я не знаю, какими оно характеристиками обладает, а оно,

оказывается, обладает теми характеристиками, которые здесь описаны, - всё,

формально я, а также любой сидящий в этом зале, подпадаю под действие 138-й

статьи. То есть я делаю вывод, что эта норма будет применяться выборочно, в

зависимости от того, как оценили специалисты, - так или так.


Коллеги, разве мы можем принимать такие нормы, которые могут применяться

выборочно? Мы не можем этого делать, вот в чём вопрос-то, и именно на это

обратил внимание Конституционный Суд - вы почитайте решение Конституционного

Суда. Кто туда обратился? Граждане, которые торговали электрическими бытовыми

приборами, в которых были определённые функции, там целый список - те, кто

продавал, те, кто покупал, причём без использования, и они были привлечены к

ответственности.


Вы сейчас ключевую вещь сказали, когда отвечали на вопросы, что, если будут

использовать, тогда да. Мы с этим согласны, но если бы это было так

написано... Тогда нужно, наверное, не описание этих приборов делать, а менять

саму конструкцию статьи: несанкционированное применение этих приборов... Но

для этого есть другая статья - статья 137, судя по всему, поэтому я вообще не

понимаю, зачем мы это принимаем. Мы согласны, что надо принять поправки в

закон, которые требует от нас Конституционный Суд, и Верховный Суд на это

указывает, но не в таком виде. Может быть, ко второму чтению (Отари Ионович

сказал, что будет доработка) вы найдёте в комитете такую формулировку, но

пока её никто при рассмотрении в первом чтении не представил, и я не услышал

её здесь.


Мы пока за это голосовать не можем.


Спасибо за внимание.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо, Валерий Карлович.


Брыкин Николай Гаврилович - выступление от фракции "ЕДИНАЯ РОССИЯ".


БРЫКИН Н. Г., фракция "ЕДИНАЯ РОССИЯ".


Уважаемый Иван Иванович, уважаемые коллеги! Я думаю, всегда вызывают интерес

вот такие законопроекты, и у кого-то интерес профессиональный, а кто-то

говорит о вещах, которых не понимает (не хочу никого обидеть). В своём

докладе Александр Николаевич абсолютно профессионально всё изложил - в этом

законопроекте речь идёт абсолютно не о тех вопросах, которые вы как бы

ставили. По порядку.


В обеспечении фундаментального права - права на неприкосновенность частной

жизни Конституция Российской Федерации закрепляет иные личные права, такие

как право на тайну переписки, телефонных переговоров, сообщений, право на

неприкосновенность жилища, ограничение прав допускается только на основании

судебного решения. И ответы на вопросы, которые вы задавали, - они в этом

первом тексте, ответы уже могут быть получены.


Далее. Каждый имеет право свободно искать, получать информацию только

законным путём, я думаю, вы меня слышите: любым законным способом.

Специальные технические средства для негласного получения информации

позволяют вторгаться в личное пространство в личные интересы человека без его

согласия. Правовое регулирование в этой сфере должно обеспечить защиту такой

чувствительной сферы, как частная жизнь гражданина, от подобных незаконных

попыток получения информации. Конституционные права граждан могут быть

ограничены при проведении оперативно-розыскных мероприятий при наличии

соответствующих оснований в пределах представленных спецслужбами

правоохранительных органов полномочий. Это второе.


При этом нельзя не отметить другую сторону вопроса, о чём мы сегодня

говорили, когда рассматривали проблемы. Речь про курганского фермера, который

приобрёл GPS-трекер, чтобы следить за своим телёнком, и об этой проблеме,

значит, сказали, на пресс-конференции в декабре 2017 года, был задан вопрос

Президенту Российской Федерации. Президент дал поручение проанализировать

практику применения и внести соответствующие изменения в российское

законодательство, представить предложения. Острота проблемы, если вы

смотрели, внимательно изучали материалы - а вы приводите решение Верховного

Суда, Конституционного Суда, но вы немножко лукавите, - была снята ещё в

декабре 2018 года. Почему? Пленум Верховного Суда разъяснил, что покупка

гражданами специальных технических средств для собственной безопасности -

отслеживание своего ребёнка, охрана автомобиля или животных - не образует

состава преступления.


Также Верховный Суд указал, что гражданин не может быть признан виновным,

если умысел не был направлен на приобретение или сбыт именно таких

технических средств, о чём речь шла сегодня. Например, лицо в Интернете

приобрело специальное техническое средство бытового назначения, лицо

добросовестно заблуждается в его фактическом назначении - никакого состава

преступления не будет. Что мы тут бурю в стакане воды поднимаем?


Сегодня мы должны сделать следующий шаг: чётко разграничить в Уголовном

кодексе и в Кодексе об административных правонарушениях технические средства

для шпионажа и бытовые приборы. Вот о чём идёт-то речь сегодня, а не о

каких-то там вещах, которые могут кому-то там навредить. Рассматриваемый

сегодня законопроект направлен именно на обеспечение нормального

функционирования данного правового механизма, и поэтому поддерживается

фракцией "ЕДИНАЯ РОССИЯ".


Фракция "ЕДИНАЯ РОССИЯ" будет голосовать за принятие в первом чтении.


Благодарю за внимание.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо, Николай Гаврилович.


Иванов Сергей Владимирович, пожалуйста.


Сергей Владимирович, вы от фракции?


Выступление от фракции ЛДПР.


ИВАНОВ С. В., фракция ЛДПР.


Коллеги, пожалуйста, посмотрите: вот специальное техническое средство, я вам

серьёзно говорю, это ручка с функцией аудиозаписи, чтобы вам было понятно, а

то тут такие россказни начинаются... Нет, это не стрелялка. Статья 138-1

содержит три вещи: во-первых - незаконное производство, во-вторых -

приобретение, в-третьих - сбыт. А дальше они разъясняют нам, что

подразумевается. Вот такая ручка абсолютно спокойно попадает под это описание

(абсолютно спокойно!), и за это предусмотрено уголовное наказание. Такое

уголовное наказание уже понёс сотрудник Государственной Думы: он работал

здесь, в ФСО (я так понимаю, он больше никогда на государство работать не

будет); он приобрёл на "AliExpress" брелок с функцией видеозаписи, который

можно вешать на шлем, снимать и так далее, приобрёл за 700 рублей, а потом,

поскольку "очень хорошо" платят этим товарищам, а у него семья и так далее,

решил его продать на "Авито" за полторы тысячи - ну, 100 процентов навар. И

вот когда он его продавал, к нему пришли сотрудники и сказали: "Попал,

дорогой. Ты в курсе, что ты продаёшь такую вещь?" Он говорит: "Да, в курсе".

Ну и всё, четыре месяца он сидел в СИЗО, потом ему вынесли приговор и дали

четыре месяца общего режима - вот за то, что он купил и продал, ничего

абсолютно не сделав, абсолютно ничего! Действительно, сейчас и Верховный Суд,

и другие пересматривают эти дела, но это бред сивой кобылы, уважаемые

коллеги, - за такие вещи уголовную статью на человека вешать, коверкать ему

всю жизнь! Сейчас это всё, слава богу, пересматривается, но вопрос и проблема

здесь, уважаемые коллеги, абсолютно в другом. Мы абсолютно не против, чтобы

наказывали тех, кто пришёл к вам, жучок установил под кухонную мойку или ещё

что-то, - это действительно шпионская аппаратура, и только государство имеет

право шпионить за гражданами, граждане вроде как не имеют этого права.


Вот вы знаете, почему боятся, что такие вещи будут применяться, и почему за

это хотят установить, вернее, есть уголовная ответственность? Я вам приведу

другой пример. В британском Парламенте был такой случай: журналисты пришли,

поговорили с одним парламентарием, с позволения сказать, с использованием вот

таких средств и записали, как он согласился за долю малую пролоббировать

какое-то их поручение. Журналисты всё это выложили в Сеть, и этого

парламентария выпнули и из партии, и из Парламента британского. А у нас, если

вы это сделаете, вам 137-ю статью предъявят - нарушение частной жизни.


Поэтому здесь, уважаемые коллеги, я полностью солидарен с Глебом Жегловым:

вор должен сидеть в тюрьме! И гражданам абсолютно неважно, как он туда

попадёт. Если милейший Костя Сапрыкин, красивый парень, сбросил кошелёк,

который до этого он спёр из сумочки... конечно, процессуально неверно, что

ему в карман его засунули, но ворюгу-то в принципе поймали. Также и здесь:

если кто-то из высокопоставленных товарищей попадается, как тот же Улюкаев

или другие товарищи, скрытая запись там производится или ещё что-то - пусть

отвечают.


Вот вы недавно принимали закон об ответственности за размещение в Интернете

сведений, оскорбляющих государство, его символы. Вот были недоумки, которые

залили Вечный огонь, потом разместили это видео в Сети, - пришли и совершенно

справедливо их наказали. Законно были добыты эти доказательства? Нет,

незаконно, никто не разрешал, но тем не менее вы же применяете эти вещи.


Уважаемые коллеги, эта статья вообще должна быть отменена, потому что никакой

социальной опасности здесь нет. И защищайте свою частную жизнь в рамках

гражданского судопроизводства, если вы считаете, что неправильно опубликовали

ваше интервью, фотографию какую-то и так далее, не фотографируйтесь и не

делайте таких заявлений. В противном случае, я ещё раз вам говорю, мы с вами

дойдём до того, что любое вот такое приспособление, которое абсолютно

легально пересекает нашу границу, покупается и продаётся нашими гражданами...

то есть вы под эту лавочку любого подведёте, и себя в том числе. С такой

формулировкой, уважаемые коллеги, это принимать нельзя.


И кстати, о птичках, извините уж. Верховный Суд то же самое сказал - что это

размытая формулировка, позволяющая любое устройство под эту формулировку

подогнать.


Я не знаю, уважаемые коллеги, сможем ли мы ко второму чтению изменить здесь

что-то, но я считаю, что эту статью надо полностью отменить.


Фракция ЛДПР поддерживать этот законопроект не будет.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо.


Рыжак Николай Иванович.


РЫЖАК Н. И., фракция "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ".


Уважаемый Иван Иванович уважаемые депутаты Государственной Думы! Вот

наглядный пример того, как осмотрительно, как очень тонко надо подходить к

принятию законодательных актов. Мне кажется, что от работы над этим

законопроектом в какой-то степени устранился Комитет по безопасности и

противодействию коррупции. Вы же видите по задаваемым вопросам, по полемике,

которая разворачивается в зале, что это выходит далеко за рамки технического

рассмотрения, рассмотрения каких-то технических деталей, - вопрос затрагивает

конституционные права и свободы граждан. Мне кажется, что - как бы, может

быть, покорректнее выразиться - и тому, кто представлял законопроект, надо

было бы более основательно подготовиться и не путаться в терминах, что такое

намеренное программирование с целью негласного получения информации. И вот в

задаваемых вопросах депутаты с разных сторон совершенно заинтересованно,

совершенно оправданно отмечали эти проблемы. Поэтому, мне кажется, что данный

законопроект... Я целиком поддерживаю Сергея Владимировича, который передо

мной выступил и сказал, что, если даже примем в первом чтении, нам придётся

как-то оговаривать какие-то моменты, может быть, и расширительно толковать.

Вот приобрёл человек какой-то прибор, какое-то средство - он что, знает о

том, что там преднамеренно предусмотрены функции для негласного получения

информации? А он его перепродал ещё кому-то. То есть налицо субъективная

сторона, которая привносится в обсуждаемый термин, так что это не технический

подход.


Мне кажется, что вообще, по большому счёту, тут уже как бы какая-то

установка: президент отреагировал, Конституционный Суд отреагировал,

обращений действительно много, частные охранные предприятия активно

используют вот такие средства, вторгаются - и мы знаем об этом, это и

вызывает реакцию президента. А вот теперь давайте подумаем, как сейчас лучше:

или доработать законопроект, или, может быть, всё-таки принять его в первом

чтении, взять на особый контроль и во втором чтении внести существенные

дополнения к этому законопроекту? Вот, право, я лично, например, не

определился.


Спасибо за внимание.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо, Николай Иванович.


Полномочный представитель президента? Правительства? Докладчик?


Александр Николаевич, вы можете выступить с заключительным словом.


КУПРЯЖКИН А. Н. Я благодарен всем выступившим, все справедливые замечания

принимаются. Ну, естественно, мы готовы принять участие в том, чтобы провести

работу по снятию всех возникших вопросов. Спасибо за то, что участвовали в

обсуждении.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Спасибо, Александр Николаевич.


Отари Ионович, будете выступать? Нет, не будет выступать представитель

комитета.


Коллеги, обсуждение завершено.


Ставлю на голосование проект федерального закона "О внесении изменения в

статью 138-1 Уголовного кодекса Российской Федерации", вопрос 8.


Включите режим голосования.


Покажите результаты.


РЕЗУЛЬТАТЫ ГОЛОСОВАНИЯ (11 час. 41 мин. 11 сек.)

Проголосовало за 309 чел.68,7 %

Проголосовало против 4 чел.0,9 %

Воздержалось 2 чел.0,4 %

Голосовало 315 чел.

Не голосовало 135 чел.30,0 %

Результат: принято


Принимается в первом чтении.


И ставится на голосование проект федерального закона "О внесении изменения в

статью 20.23 Кодекса Российской Федерации об административных

правонарушениях", вопрос 9.


Включите режим голосования.


Покажите результаты.


РЕЗУЛЬТАТЫ ГОЛОСОВАНИЯ (11 час. 41 мин. 43 сек.)

Проголосовало за 305 чел.67,8 %

Проголосовало против 3 чел.0,7 %

Воздержалось 1 чел.0,2 %

Голосовало 309 чел.

Не голосовало 141 чел.31,3 %

Результат: принято


Также принимается в первом чтении.


Спасибо, коллеги.